Изменились ли женщины со времен "Тихого Дона"? • Психология и соционика

Изменились ли женщины со времен "Тихого Дона"?

Художественная литература, стихи

Изменились ли женщины со времен "Тихого Дона"?

1. Нет, такие же.
2
29%
2. Да, в лучшую сторону.
3
43%
3. Да, в худшую.
1
14%
4. Женщины все те же, а вот мужчины подкачали...
1
14%
 
Всего голосов : 7

Изменились ли женщины со времен "Тихого Дона"?

Сообщение Counter Strike » Чт окт 16, 2014 8:00 am

- Ты, Наталья, хоть бы сроду раз со мной на игрища пошла, -
охорашиваясь, попросила Дарья. - Пойдешь, что ли, вечером?
- Не знаю, навряд.
- Эх ты, черничка! [черничка - здесь: монашенка] Только и нашего, пока
мужьев нету, - озорничала, подмигивая, Дарья и, гибкая, переламывалась
надвое, рассматривала перед зеркалом расшивной подол новой бледно-голубой
юбки.
Со времени отъезда Петра Дарья резко изменилась: отсутствие мужа
заметно отзывалось на ней. Некое беспокойство сквозило в ее глазах,
движениях, походке. Она тщательнее наряжалась по воскресеньям, с игрищ
приходила поздно, злая, темнея зрачками, жаловалась Наталье:
- Беда, ей-богу!.. Забрали казаков подходящих, остались в хуторе одни
ребята да старики.
- Тебе-то чего?
- Как так чего? - дивилась та. - На игрищах не с кем и побаловаться.
Хучь бы на мельницу припало одной ехать, а то с свекром дюже не
разойдешься...
Она с циничной откровенностью расспрашивала Наталью:
- Как же ты, милушка, без казака так долго терпишь?
- Будет тебе, бессовестная! - Наталья обливалась густым румянцем.
- И не хочется тебе?
- А тебе, видно, хочется?
- Хочется, бабонька! - хохотала Дарья, розовея и дрожа крутыми дугами
бровей. - Чего уж грех таить... Я б сейчас и старика какого-нибудь
раскачала, ей-богу! Ты вздумай, ить два месяца, как Петра нету.
- Ты, Дарья, беды наживешь...
- Будя тебе, почетная старушка! Знаем мы таких тихонюшек. Ты, небось,
не признаешься.
- Мне и признаваться не в чем.
Дарья смешливо косилась на нее, кусая губы мелкими злыми зубами,
рассказывала:
- Надысь на игрищах подсел ко мне Тимошка Маныцков, атаманов сынок.
Сидит потный весь. Вижу, боится начинать... Потом руку мне потихоньку под
мышки провздел, а рука дрожит. Я притерпелась, молчу, а самою злость
берет, хучь бы парень-то был, а то так... сопля! Ему годов шешнадцать, не
больше, - видишь, каких забирает... Молчу, сижу, он лапал, лапал и шепчет:
"Пойдем к нам на гумно!.." Эх, как я его!..
Дарья весело хохотала, на лице ее трепетали брови, брызжущий смех
лучили прищуренные глаза.
- Уж я его и выбанила! Как вскочу: "Ах ты, такой-сякой! Щенчишка
желторотый! Да ты могешь мне такое вякать? Ты давно перестал по ночам под
себя мочиться?" Уж я ему и прочитала!
Последний раз редактировалось Counter Strike Чт окт 16, 2014 8:47 pm, всего редактировалось 1 раз.
Аватара пользователя
Counter Strike
Вне ТИМов
Вне ТИМов
 
Сообщения: 33027
Зарегистрирован: Вт авг 31, 2010 2:40 am
Медали: 9

Тихий Дон

Сообщение Counter Strike » Чт окт 16, 2014 8:04 am

В воскресенье как-то подала она пану завтрак и вышла на крыльцо. К
воротам подошла женщина. Горели под белым платком такие страшно знакомые
глаза... Женщина нажала щеколду и вошла во двор. Аксинья побледнела,
угадав Наталью, медленно двинулась навстречу. Они сошлись на середине
двора. На чириках Натальи лежал густой слой дорожной пыли. Она
остановилась, безжизненно уронив большие рабочие руки, сапно дыша,
пыталась и не могла выпрямить изуродованную шею; оттого казалось, что
смотрит она куда-то в сторону.
- Я к тебе, Аксинья... - сказала она, облизывая обветрившиеся губы
сухим языком.
Аксинья быстро оглядела окна дома и молча пошла в людскую, в свою
половину. Наталья шла позади. Слух ее болезненно скоблило шорохом
Аксиньиного платья.
"От жары, должно быть, в ушах больно", - выцарапалась из вороха мыслей
одна.
Дверь, пропустив Наталью, притворила Аксинья. Притворив, стала
посредине комнаты, сунула руки за белый передник. Игру вела она.
- Ты чего пришла? - вкрадчиво, почти шепотом спросила она.
- Мне бы напиться... - проговорила Наталья и обвела комнату тяжелым,
негнущимся взглядом.
Аксинья ждала. Наталья заговорила, трудно поднимая голос:
- Ты отбила у меня мужа... Отдай мне Григория!.. Ты... мне жизню
сломила... Видишь, я какая...
- Мужа тебе? - Аксинья стиснула зубы, и слова - дождевые капли на
камень - точились скупо. - Мужа тебе? У кого ты просишь? Зачем ты
пришла?.. Поздно ты надумала выпрашивать!.. Поздно!..
Качнувшись всем телом, Аксинья подошла вплотную, едко засмеялась.
Она глумилась, вглядываясь в лицо врага. Вот она - законная брошенная
жена - стоит перед ней приниженная, раздавленная горем; вот та, по милости
которой исходила Аксинья слезами, расставаясь с Григорием, несла в сердце
кровяную боль, и в то время, когда она, Аксинья, томилась в смертной
тоске, вот эта ласкала Григория и, наверное, смеялась над нею, неудачливой
оставленной любовницей.
- И ты пришла просить, чтоб я его бросила? - задыхалась Аксинья. - Ах
ты гадюка подколодная!.. Ты первая отняла у меня Гришку! Ты, а не я... Ты
знала, что он жил со мной, зачем замуж шла? Я вернула свое, он мой. У меня
дите от него, а ты...
Она с бурной ненавистью глядела в глаза Натальи и, беспорядочно
взмахивая руками, сыпала перекипевший шлак слов:
- Мой Гришка - и никому не отдам!.. Мой! Мой! Слышишь ты? Мой!..
Ступай, сука бессовестная, ты ему не жена. Ты у дитя отца хочешь взять?
Ого! чего ж ты раньше не шла? Ну, чего не шла?
Наталья боком подошла к лавке и села, роняя голову на руки, ладонями
закрывая лицо.
- Ты своего мужа бросила... Не шуми так...
- Кроме Гришки, нету у меня мужа. Никого нету во всем свете!..
Аксинья, чувствуя, как мечется в ней безысходная злоба, глядела на
прядь прямых черных волос, упавших из-под платка на руку Натальи.
- Ты-то нужна ему? Глянь, шею-то у тебя покривило! И ты думаешь, он
позавидует на тебя? Здоровую бросил, а на калеку позавидует? Не видать
тебе Гришки! Вот мой сказ! Ступай!
Аксинья лютовала, защищая свое гнездо, за все прежнее разила теперь.
Она видела, что Наталья, несмотря на слегка покривленную шею, так же
хороша, как и раньше, - щеки ее и рот свежи, не измяты временем, а у нее,
Аксиньи, не по вине ли этой Натальи раньше времени сплелась под глазами
паутинка морщин?
- Ты думаешь, я надеялась, что выпрошу? - Наталья подняла пьяные от
муки глаза.
- Зачем же ты шла? - дыхом спросила Аксинья.
- Тоска меня пихнула.
Разбуженная голосами, проснулась на кровати и заплакала, приподнимаясь,
Аксиньина дочь. Мать взяла ребенка на руки, села, отвернувшись к окну. Вся
содрогаясь, Наталья глядела на ребенка. Сухая спазма захлестнула ей горло.
На нее с осмысленным любопытством глядели с лица ребенка глаза Григория.
Она вышла на крыльцо, рыдая и качаясь. Провожать ее Аксинья не пошла.
Спустя минуту вошел дед Сашка.
- Что это за баба была? - спросил он, видимо догадываясь.
- Так, хуторная одна.
Наталья отошла от имения версты три, прилегла под кустом дикого терна.
Лежала, ни о чем не думая, раздавленная неизъяснимой тоской... Перед
глазами ее неотступно маячили на лице ребенка угрюмоватые черные глаза
Григория.
Аватара пользователя
Counter Strike
Вне ТИМов
Вне ТИМов
 
Сообщения: 33027
Зарегистрирован: Вт авг 31, 2010 2:40 am
Медали: 9

Тихий Дон

Сообщение Counter Strike » Чт окт 16, 2014 8:11 am

Пан пил чаще, стал
раздражительней, придирчивей. Как-то вызвал в неурочный час Аксинью,
сказал:
- Ты неисправно несешь службу. Почему вчера завтрак был подан холодным?
Почему стакан с кофе нечисто вымыт? Если это будет повторяться, то я тебя,
- слышишь ты? - то я тебя уволю. Не терплю нерях! - Пан резко махнул
рукой. - Слышишь? Не терплю!
Аксинья крепко сжимала губы и вдруг заплакала.
- Николай Алексеевич! Девочка у меня хворает. Вы ослобоните меня
пока... От нее отойти нельзя.
- Что с ней?
- Глотошная ее душит...
- Скарлатина? Почему не сказала, дура? Эка, черт тебя задери, шалаву!
Беги, скажи Никитичу, чтоб запрягал, в станицу, за фельдшером. Живо!
Аксинья выбежала рысью, вслед бомбардировал ее старик гулкими басовыми
раскатами:
- Дура баба! Дура баба! Дура!
Утром Никитич привез фельдшера. Тот осмотрел обеспамятевшую, объятую
жаром девочку, не отвечая на вопросы Аксиньи, пошел и дом к пану.
Листницкий принял его в передней стоя, не подавая руки.
- Что с девчонкой? - спросил, отвечая на приветствие небрежным кивком.
- Скарлатина, ваше превосходительство.
- Выздоровеет? Можно надеяться?
- Едва ли. Умрет девочка... Возраст поимейте в виду.
- Дурак! - Пан побагровел. - Чему тебя учили? Лечи!
Хлопнув дверью перед носом напуганного фельдшера, зашагал по залу.
Постучавшись, вошла Аксинья.
- Фельдшер просит лошадей ему до станицы.
Старик с живостью повернулся на каблуках.
- Скажи ему, что он болван! Скажи ему, что он не уедет отсюда до тех
пор, пока не вылечит мне девчонку! Во флигеле отведи ему комнату, корми
его! - закричал старик, потрясая костистым кулаком. - Пои его, корми, как
на убой, а у-е-хать... не уедет! - Оборвав, подошел к окну, побарабанил
пальцами и, подойдя к увеличенной фотографии сына, снятого на руках у
няни, отступил два шага и долго смотрел щурясь, словно не узнавая.
В первый же день, как только болезнь свалила девочку с ног, Аксинье
вспомнилась горькая Натальина фраза: "Отольются тебе мои слезы..." - и она
решила, что это ее бог наказывает за то, что тогда глумилась над Натальей.
Подавленная страхом за жизнь ребенка, она теряла рассудок, бестолково
металась, работа валилась из ее рук.
"Неужели отнимет?" - неотступно билась горячечная мысль, и, не веря,
всей силой не желая верить, Аксинья неистово молилась, просила у бога
последнюю милость - сохранить жизнь ребенка.
"Господи, прости!.. Не отнимай! Пожалей, господи, смилуйся!"
Болезнь душила маленькую жизнь. Девочка лежала пластом, из припухшего
горлышка полз трудный, прерывистый хрип. Станичный фельдшер, поместившись
во флигеле, приходил раза четыре в день, вечерами подолгу стоял на крыльце
людской, покуривая, глядя на холодную россыпь осенних звезд.
Ночи навылет простаивала Аксинья на коленях у кровати. Булькающий хрип
полосовал ее сердце.
- М-а-ма... - шелестели маленькие спекшиеся губы.
- Зернышко мое, дочушка! - приглушенно звенела мать. - Цветочек мой, не
уходи, Танюшка! Глянь, моя красотушка, открой глазки. Опомнись же! Гулюшка
моя черноглазая... За что же, господи?..
Девочка изредка поднимала воспаленные веки, налитые кровью дурной,
глазенки устремляли текучий, неуловимый взгляд. Жадно ловила мать этот
взгляд. Он уходил, казалось, внутрь себя, тоскующий, примиренный.
Умерла она на руках у матери. В последний раз, всхлипывая, зевнул
посиневший ротик, и тельце вытянула судорога; запрокидываясь, катилась с
Аксиньиной руки потная головка, прижмуренный, с мертвым зрачком, смотрел
удивленно угрюмоватый мелеховский глазок.
Возле пруда, под старым разлапистым тополем вырыл дед Сашка крохотную
могилку, под мышкой отнес туда гробик, с несвойственной ему торопливостью
зарыл и долго терпеливо ждал, пока поднимется Аксинья с суглинистого
холмика. Не дождался, высморкался, как арапником хлопнул, - пошел в
конюшню... С сеновала достал флакон одеколона, неполный пузырек
денатурированного спирта, смешал в бутылке и, болтая, любуясь на цвет,
сказал:
- Помянем. Царство небесное дитю. Душа ангельская преставилась.
Он выпил, ошалело затряс головой, закусывая раздавленным помидором, и,
растроганно глядя на бутылку, сказал:
- Не забудь ты меня, дорогая, а я тебя не забуду!.. - и заплакал.
Аватара пользователя
Counter Strike
Вне ТИМов
Вне ТИМов
 
Сообщения: 33027
Зарегистрирован: Вт авг 31, 2010 2:40 am
Медали: 9

Тихий Дон

Сообщение Counter Strike » Чт окт 16, 2014 8:15 am

Прислуживая и глядя на веселые лица, Аксинья сильнее ощущала свое
одиночество. Терзала ее невыплаканная тоска. Первые дни после смерти
девочки она хотела и не могла плакать. Рос в горле крик, но слез не было,
и оттого каменная горечь давила вдвойне. Она много спала (искала отдыха в
сонном забытьи); но и во сне настигал ее призрачный зов ребенка. Ей то
казалось, что дочь ее спит рядом с ней, и она отодвигалась, шарила по
постели рукой, то слышался невнятный шепот: "Мама, пить".
- Кровиночка моя... - шептала Аксинья холодеющими губами.
Даже в гнетущей яви мерещилось ей иногда, что вот у колен ее жмется
ребенок, и она ловила себя на том, что тянется рукой приласкать курчавую
головку.
На третий день после приезда Евгений допоздна просидел у деда Сашки в
конюшне, слушая бесхитростные его рассказы о былой привольной на Дону
жизни, о старине. Он вышел оттуда в девятом часу; на дворе полоскался
ветер, слякотно чавкала под ногами грязь. Мен; туч казаковал молодой
желтоусый месяц. При свете его Евгений глянул на часы, направился в
людскую. У крыльца он закурил, на минуту стал, раздумывая, и, тряхнув
плечами, решительно ступил на крыльцо. Осторожно нажал щеколду, дверь,
скрипнув, отворилась. Он вошел в Аксиньину половину, чиркнул спичкой.
- Ктой-то? - спросила Аксинья, натягивая на себя одеяло.
- Это я.
- Я сейчас оденусь.
- Ничего. Я на минутку.
Евгений, сбросив шинель, сел на край кровати.
- У тебя умерла дочушка...
- Умерла, - эхом откликнулась Аксинья.
- Ты очень изменилась. Еще бы, я понимаю, что значит потерять ребенка.
Но мне думается, что ты напрасно изводишь себя, к жизни ее не вернешь, а
ты еще в достаточной степени молода, чтобы иметь детей. Не надо так! Бери
себя в руки, смирись... В конце концов, не все потеряно со смертью
ребенка, у тебя еще - подумай! - вся жизнь впереди.
Евгений, сжав руку Аксиньи, гладил ее с ласковой властностью, говорил,
играя низкими нотками голоса. Он перешел на шепот и, слыша, как Аксинья
вся сотрясается в заглушенном плаче и плач переходит в рыдание, стал
целовать ее мокрые от слез щеки, глаза...
Падко бабье сердце на жалость, на ласку. Отягощенная отчаянием Аксинья,
не помня себя, отдалась ему со всей бурной, давно забытой страстностью. А
когда схлынула небывало опустошительная, помрачающая волна бесстыдного
наслаждения, она очнулась, резко вскрикнула, теряя разум, выбежала
полуголая, в одной рубахе, на крыльцо. Следом за ней, бросив дверь
открытой, торопливо вышел Евгений. Он на ходу надел шинель, шел торопливо
и, когда, запыхавшись, поднялся на террасу дома, засмеялся радостно,
довольно. Его подмывало бодрящее веселье. Уже лежа в постели, потирая
пухлую, мягкую грудь, подумал: "С точки зрения честного человека - это
подло, безнравственно. Григорий... Я обворовал ближнего, но ведь там, на
фронте, я рисковал жизнью. Могло же так случиться, чти пуля взяла бы
правее и продырявила мне голову? Теперь я истлевал бы, моим телом
нажирались бы черви... Надо с жадностью жить каждый миг. Мне все можно!"
Он на минуту ужаснулся своим мыслям, но воображение вновь вылепило
страшную картину атаки и того момента, когда он поднялся с убитого коня и
упал, срезанный пулями. Уже засыпая, успокоение решил: "Завтра об этом, а
сейчас спать, спать..."
На следующий день утром, оставшись в столовой наедине с Аксиньей, он
подошел к ней, виновато улыбаясь, но она, прижавшись к стене, вытягивая
руки, опалила его яростным шепотом:
- Не подходи, проклятый!..
Свои неписаные законы диктует людям жизнь. Через три дня ночью Евгений
вновь пришел в половину Аксиньи, и Аксинья его не оттолкнула.
Аватара пользователя
Counter Strike
Вне ТИМов
Вне ТИМов
 
Сообщения: 33027
Зарегистрирован: Вт авг 31, 2010 2:40 am
Медали: 9

Тихий Дон

Сообщение Counter Strike » Чт окт 16, 2014 8:19 am

- Ты что же это, не успел приехать и бросаешь молодую жену? Не
соскучился разве? - Старый пан милостиво улыбнулся.
Григорий засмеялся.
- Жена не медведь, в лес не уйдет.
Он сел на козлы; подоткнув под сиденье кнут, расправил вожжи.
- Эх, и прокачу ж я вас, Евгений Николаевич!
- Прокати, на чай получишь.
- Премного вами довольны. И так спасибо, что Аксинью мою... кормите...
кусок ей... даете.
Голос Григория рвался, и у сотника шевельнулось нехорошее подозрение.
"Неужели знает? Ну, глупости! Откуда! Не может быть!.." Он откинулся на
спинку сиденья, закурил папиросу.
- Возвращайтесь поскорей! - крикнул вслед им старый пан.
Из-под колес рванулась иглистая морозная пыль.
Григорий рвал вожжами губы рысаку и довел бег его до предельной
резвости. Они за четверть часа перевалили через бугор. В первой же
ложбинке Григорий соскочил с козел и выдернул из-под сиденья кнут.
- Ты что?.. - Сотник нахмурился.
- А вот... что!
Григорий коротко взмахнул кнутом, со страшной силой ударил сотника по
лицу. Перехватив кнут, он бил кнутовищем по лицу, по рукам, не давая
сотнику опомниться. Осколок разбитого пенсне врезался тому выше брови. На
глаза падали кровяные струйки. Сотник вначале закрывал лицо руками, но
удары учащались. Он вскочил с лицом, обезображенным подтеками и яростью,
пробовал защищаться, но Григорий, отступая, ударом в кисть парализовал ему
правую руку.
- За Аксинью! За меня! За Аксинью! Ишо тебе за Аксинью! За меня!
Кнут свистал. Мягко шлепали удары. Потом кулаками свалил на жесткий
кочкарник дороги и катал по земле, бил зверски, окованными каблуками
солдатских сапог. Обессилев, сел в пролетку, гикнул и, губя рысачьи силы,
перевел коня на намет. Пролетку бросил около ворот, комкая кнут, путаясь в
полах распахнутой шинели, бежал в людскую.
Аксинья на гром откинутой двери оглянулась.
- Гадина!.. Сука!..
Взвизгнув, кнут плотно обвил ее лицо.
Задыхаясь, Григорий выбежал во двор; не отвечая на вопросы деда Сашки,
пошел из имения. Версты через полторы его догнала Аксинья.
Она бурно дышала и шла рядом молча, изредка трогая рукой Григория.
На развилке дорог, возле бурой степной часовни, сказала чужим, далеким
голосом:
- Гриша, прости!
Григорий оскалил зубы, горбясь, поднял воротник шинели.
Где-то позади у часовни осталась Аксинья. Григорий не оглянулся ни
разу, не видел протянутых к нему Аксиньиных рук.
На спуске с горы в хутор Татарский он, недоумевая, увидел в руках своих
кнут, бросил его, крупно зашагал по проулку. К окошкам липли лица,
изумленные его появлением, низко кланялись узнававшие его встречные бабы.
У ворот своего база сухощавая черноглазая красавица девка с разбегу с
визгом кинулась ему на шею, забилась на груди. Стиснув ладонями ее щеки,
Григорий приподнял ей голову и узнал Дуняшку.
С крыльца хромал Пантелей Прокофьевич, в курене в голос заплакала мать.
Григорий левой рукой обнимал отца, правую целовала Дуняшка.
Знакомый до боли скрип порожков - и Григорий на крыльце. Постаревшая
мать подбежала с живостью девочки, вымочила слезами петлицы шинели и,
неотрывно обнимая сына, лепетала что-то свое, несвязное, не передаваемое
словами, а в сенцах - цепляясь за дверь, чтобы не упасть, стояла
побледневшая Наталья, мучительно улыбаясь, падала, срезанная беглым
растерянным взглядом Григория...


Ночью Пантелей Прокофьевич, толкая в бок Ильиничну, шептал:
- Глянь потихоньку: вместе легли али нет?
- Я постелила им на кровати.
- А ты глянь, глянь!
Ильинична глянула сквозь дверную щель в горницу, вернулась.
- Вместе.
- Ну, слава богу! Слава богу! - закрестился старик, приподнимаясь на
локте, всхлипывая.
Аватара пользователя
Counter Strike
Вне ТИМов
Вне ТИМов
 
Сообщения: 33027
Зарегистрирован: Вт авг 31, 2010 2:40 am
Медали: 9

Тихий Дон

Сообщение medeyah » Чт окт 16, 2014 6:46 pm

А чей-то так?
И почему Аксинья?
У меня здесь своя атмосфера.
Аватара пользователя
medeyah
Dark side
Dark side
 
Сообщения: 7514
Зарегистрирован: Вс мар 23, 2014 7:17 am
Медали: 3
Соционический тип: Гюго
Тип по психе-йоге: Гёте (ФВЛЭ)
Темперамент: Сангвиник

Тихий Дон

Сообщение Counter Strike » Чт окт 16, 2014 7:30 pm

А почему бы и нет?
Феминисток должно заинтересовать!!! :I12
Аватара пользователя
Counter Strike
Вне ТИМов
Вне ТИМов
 
Сообщения: 33027
Зарегистрирован: Вт авг 31, 2010 2:40 am
Медали: 9

Тихий Дон

Сообщение medeyah » Чт окт 16, 2014 8:18 pm

Аааа.... Ну ждите, ждите....
У меня здесь своя атмосфера.
Аватара пользователя
medeyah
Dark side
Dark side
 
Сообщения: 7514
Зарегистрирован: Вс мар 23, 2014 7:17 am
Медали: 3
Соционический тип: Гюго
Тип по психе-йоге: Гёте (ФВЛЭ)
Темперамент: Сангвиник

Тихий Дон

Сообщение Counter Strike » Чт окт 16, 2014 8:38 pm

я стала ассоциировать себя с мужскими персонажами: бетменом, Джеки Чаном, Стивеном Сигалом... Книжки вообще, внушали ощущение "все тлен" - "Безприданница", "Гроза", "Кому на Руси жить хорошо?", "Тихий Дон"... учат только принятию тяжелой женской долюшки, поэтому первые я проглатывала как горькую пилюлю, а в "Тихом Доне" переживала больше всех за Григория.

http://komaand.livejournal.com/5560.html


Читала в школе, перечитывала в универе. Мне очень пригодилось это произведение, оно отлично показало, что собой являют "традиционные ценности", "великий россиянский народ", "могучая армия наших прадедов" и "сладкая жисть в дерёвне среди березок" и " мужики - наша защита и опора".
Читала описание всей этой гнили и понимала, что у быдло стай современной России отлично развита преемственность поколений.

https://vk.com/wall-69629007_38517?&offset=20


Тоже в свое время не смогла дочитать это произведение. Да и вообще, всю сознательную жизнь больше тянулась к западной классической литературе, а русскую не особо любила. Меня еще этим учителя пытались попрекать, типа "что ты все забугорное читаешь, это же не сравнится с наааашей литературой!!!". А теперь вот понимаю, почему. Конечно, и в этих книгах хватает всякого, но, имхо, как-то поменьше, чтоли, не настолько все уныло и безысходно. И героини в целом не такие терпилы и подстилки, как у наших классиков...


https://vk.com/wall-69629007_38517?&offset=20


"Тихий Дон" прекрасное произведение именно потому, что там в красках описаны все прелести жизни в патриархальной деревне, "Тихий Дон" очень историчен. Все ЭТО наша, блин, история, читайте и смотрите, чего мы добились за 100 лет. Используйте это, как иллюстрацию, когда кто-то начинает мечтать о прекрасном патриархальном прошлом. И если вас бомбит от этого произведения, все правильно, читайте дальше, так и должно быть. Это показатель качества литературы. Но если педагог говорит, что там есть примеры для подражания, или описан какой то идеал, стоит возражать, развернуто с привлечением исторических источников и работ по психологии.


https://vk.com/wall-69629007_38517?&offset=20


Я вот мечтаю сунуть эту книгу всем женщинам, ратующим за возвращение старой доброй России, уверенным, что раньше женщина не работала, жила во дворце и муж ее ежедневно баловал подарками и цветами.


https://vk.com/wall-69629007_38517?&offset=20
Аватара пользователя
Counter Strike
Вне ТИМов
Вне ТИМов
 
Сообщения: 33027
Зарегистрирован: Вт авг 31, 2010 2:40 am
Медали: 9

Тихий Дон

Сообщение medeyah » Чт окт 16, 2014 8:48 pm

Скоко дешевого пафоса... Скопировала ссылку в дневничок, потом пожру и у... наконец-то...
У меня здесь своя атмосфера.
Аватара пользователя
medeyah
Dark side
Dark side
 
Сообщения: 7514
Зарегистрирован: Вс мар 23, 2014 7:17 am
Медали: 3
Соционический тип: Гюго
Тип по психе-йоге: Гёте (ФВЛЭ)
Темперамент: Сангвиник

Изменились ли женщины со времен "Тихого Дона"?

Сообщение Counter Strike » Чт окт 16, 2014 8:48 pm

Добавил опрос, дамы и господа! :)
Аватара пользователя
Counter Strike
Вне ТИМов
Вне ТИМов
 
Сообщения: 33027
Зарегистрирован: Вт авг 31, 2010 2:40 am
Медали: 9

Изменились ли женщины со времен "Тихого Дона"?

Сообщение Counter Strike » Чт окт 16, 2014 8:51 pm

medeyah писал(а): потом пожру

"поржу"? :add14
Аватара пользователя
Counter Strike
Вне ТИМов
Вне ТИМов
 
Сообщения: 33027
Зарегистрирован: Вт авг 31, 2010 2:40 am
Медали: 9

Изменились ли женщины со времен "Тихого Дона"?

Сообщение Counter Strike » Чт окт 16, 2014 8:54 pm

phpBB [media]
Аватара пользователя
Counter Strike
Вне ТИМов
Вне ТИМов
 
Сообщения: 33027
Зарегистрирован: Вт авг 31, 2010 2:40 am
Медали: 9

Изменились ли женщины со времен "Тихого Дона"?

Сообщение medeyah » Чт окт 16, 2014 8:58 pm

Пожру. :add343 :add346 :I12
У меня здесь своя атмосфера.
Аватара пользователя
medeyah
Dark side
Dark side
 
Сообщения: 7514
Зарегистрирован: Вс мар 23, 2014 7:17 am
Медали: 3
Соционический тип: Гюго
Тип по психе-йоге: Гёте (ФВЛЭ)
Темперамент: Сангвиник

Изменились ли женщины со времен "Тихого Дона"?

Сообщение Counter Strike » Чт окт 16, 2014 8:59 pm

phpBB [media]
Аватара пользователя
Counter Strike
Вне ТИМов
Вне ТИМов
 
Сообщения: 33027
Зарегистрирован: Вт авг 31, 2010 2:40 am
Медали: 9

След.

  • { SIMILAR_TOPICS }
    Ответы
    Просмотры
    Последнее сообщение

Вернуться в Литература

Кто сейчас на конференции

Зарегистрированные пользователи: Алексище, Chapaello, Скорпион_под_шубой, Darlana, Ekz, Exabot [Bot], GoGo [Bot], Google [Bot], Google Adsense [Bot], Google Search Appliance, Joker, Kuvaldos, MrsShadow!, Nicoletta, Oliwer, Orcus, Prad, Rambler [Bot], tort000, vadimr, Yandex 3.0 [Bot], Yandex [Bot], Феликс, Варшава, Мизеракль, яра