Р

РОМАНТИЗМ

Сообщение психологический словарь » Пн авг 23, 2010 6:53 am

РОМАНТИЗМ — сложное, внутренне противоречивое духовное движение в западной культуре рубежа 18—19 вв., затронувшее все сферы духовной жизни (философию, литературу, музыку, театр и т.д.). Сущностные черты Р. нашли свое наиболее полное выражение в творчестве немецких романтиков, прежде всего — Йенского кружка (братья Ф. и А.Шлегели, Новалис, Ваккенродер, Л.Тик, Шеллинг), гейдельбергских романтиков (А.фон Арним, Брентано, И.Геррес), а также Гёльдерлина, Г.Клейста, Гофмана и др. Р. нельзя назвать "школой" или "системой взглядов" как в силу его противоречивости, так и вследствие того, что в его основу легло принципиально новое мироощущение человека, чуждое прежней страсти к системосозидательству как некоему универсальному опосредованию связи между Я и миром. "Лучше уж суеверие, чем системоверие" (Ваккенродер) — один из девизов Р. Р. — это скорее "новый способ переживания жизни" (А


.Блок) или попытка найти и дать адекватное осмысление новому характеру отношений между человеком и миром. Своего рода "общим местом" является утверждение, что Р. наряду с немецкой трансцендентально-критической философией явился духовной реакцией на негативные социальные последствия Великой французской революции. Это утверждение верно ровно настолько, насколько допустимо воспринимать саму революцию как некий кульминационный пункт в прогрессистском движении рационалистически-ориентированной европейской культуры и как симптом культурного сдвига, знак перелома эпох. Специфика Р. была предопределена переходным характером эпохи.


Отчасти этим объясняется "эстетизм" романтиков, их тяготение к языку искусства как наиболее адекватной и плодотворной возможности созидания новой реальности, выстраивания "артистического ковчега спасения" (К.Свасьян) на обломках старой культуры. Это роднит эпоху Р. со всеми переходными эпохами, когда человек становится "художником по преимуществу", пытаясь внести гармонию в хаос, создать новый мир, пусть изнутри собственного Я. Несколько десятилетий Р. на рубеже 18—19 вв. обладал особым статусом.

В нем нашел свое завершение тысячелетний цикл развития европейской культуры, все то, что в сознании людей именуется словом "классика". Риторическая культура, жившая единством слова, знания и морали, приходит к исчерпанию своих возможностей.


С точки зрения романтиков, жизнь в культуре как мире "готовых слов", препятствует постижению бытия как такового, лишает человека непосредственной связи с миром. Всеобщая нормативность, заданность и зарегламентированность жизни лишает реализации свободы индивида. Между готовым смыслом риторической культуры и бытием самим по себе лежит пропасть, которую должно преодолеть. Но парадокс заключается в том, что сами они еще живут в реальности, где книга — самый естественный символ мира, пытаются идти к подлинности через слово, воспринимая весь мир как текст. (Это зафиксировано в самой истории возникновения самоименования "Р.", как происходящего от литературного жанра романа, который его представители трактовали как "жизнь в форме книги".) Движение к подлинности есть движение к цельности бытия, к единству, которое, по мнению романтиков, утрачено современной им культурой, а, следовательно, — движение к истокам. Именно эта причина предопределила интерес Р. к культуре классической


Греции (в противовес классицистскому увлечению Римом). Поиски единства превращаются в попытки возродить пластически-поэтическое видение мира, которым жила античность. Это порождает особый интерес романтиков к поэзии (Гёльдерлин, Шеллинг) как некоей "прародине" философии, религии и искусства, как сфере изначального порождения смысла, "имянаречения", тождества между смыслом и бытием.


Но движение к истокам есть движение и "вглубь" и "ввысь" одновременное. Поэзия — это и "лоно", из которого вышла вся духовная культура Запада, и океан, в который должны вернуться отдельные потоки, достигнув своего завершения. Это и "исток", и взыскуемый идеал. Глубже поэзии, согласно Р., залегает пласт мифологии, некий мир первообразов, где единство дано как живое единство, нерасчлененность бытия и сознания, значения и бытия.

Поэтому одной из задач Р. является создание "новой мифологии" как средства преодоления антиномичности рефлексивной культуры.


Следующая ступень нисхождения-восхождения к истокам открывает традиционные культуры Востока, традицию как изначальное состояние культуры и возможную финальную точку. Не создавая новой философской школы, романтики проблематизируют многие фундаментальные темы будущих исследований в области гуманитаристики: новое понимание мифа и поэтической речи и связанную с ними проблему языка, тему традиции и ритуала и, наконец, саму тему культуры как особого способа бытия человека, а также проблему единства и множественности культур.


Но, как средневековые алхимики, они в каком-то смысле нашли не то, что искали. Они не обрели главного — искомой цельности и единства, поскольку их поиски разворачивались на принципиально иных по сравнению с человеком эллинского мира основаниях. В отличие от эллина, который "обустраивал" свое бытие внутри бесконечного мира, в какой-то мере "замыкая" космос на себе, внося во тьму хаоса оптически явленный и пластически зафиксированный порядок, человек 18 ст. идет к миру от бесконечности собственного Я. Эллинский логос и голос трансцендентального субъекта — явления генетически связанные, но не однопорядковые.


Человек как бы вновь открывает бездны мира, но уже как коррелят и производное бездн собственной души. Отсюда проистекает и романтическая идея вечного обновления, понимание мира как вечного движения становления, соотносимого с бесконечностью мира свободы. В силу этого проблема единства перетекает в проблему выражения, поиск новой связи между Я и миром превращается в поиск нового языка. Р. — прямой наследник классической рефлексивной культуры с ее нарциссической тягой к самовыражению как самолюбованию.


Тема выражения звучит и в эстетизме романтиков. Глобальная эстетизация бытия, стремление видеть в искусстве "метафизическую первооснову мира", а в природе — "бессознательное художественное произведение духа" уходит корнями в "Критику способности суждения" Канта.

Но романтики не просто доводят до логического конца кантово понимание искусства как посредника между миром свободы и миром необходимости, но придают ему статус некой верховной реальности и универсального языка символов, снимающего ограниченность понятийного выражения.


Символ раскрывает незримое в зримом, являет бесконечное в конечном. Романтики абсолютизируют художественное творчество как единственный путь полной реализации свободы, понятой как выражение многомерности и бездонности человеческого Я. Центральное место в эстетике Р. занимает учение о гении как творце художественного произведения. В нем явственно просматриваются новоевропейские корни Р. Художественное произведение — не откровение бытия и не "окно" в трансцендентное, а продукт бессознательной деятельности гения.


Здесь опять же слышатся отзвуки кантовской эстетики. Гений предстает как трансцендентальный субъект "в гарольдовом плаще", а мир — холст для его выражения.


Симптоматично в этом плане смещение приоритетов в мире искусства (от искусств пластических — к музыке), которое отражает понимание искусства как выражения личностных глубин, до конца непроясняемых и несводимых к строгим и законченным формам. Опираясь на формулу Шеллинга "только в личном — жизнь, а все личное покоится на темном основании", романтики уделяют особое внимание "ночным" сторонам человеческой души, игре света и тьмы, светотени как стихии человеческого Я. Но "размывание" пластики, в которой выражал себя мир классики, влечет за собой и размывание готового слова, риторической культуры.


Движение к выражению внутренних глубин — это движение от языка, готовых речевых форм — через мистическую речь — к музыке как чистому звучанию. Именно звуковая стихия наиболее тонко передает мельчайшие душевные нюансы и является местом слияния бездн мира и бездн души. Музыка способна выразить несказанное и, более того, другие искусства определяются и оцениваются Р. по наличию в них музыкального начала. В отличие от пластических искусств, основанных на зрительных ощущениях, музыка опирается на слух и голос, а голос "исполнен страстей человеческих" (В.Ф.Одоевский), это коррелят воли. (Здесь уже намечается понимание музыки как выражения мировой воли, характерное для Шопенгауэра.) Но наиболее полно проблема выражения реализует себя в так называемой романтической иронии.

Иронический дискурс — своего рода опознавательный знак Р.


Один из теоретиков Р.Шлегель писал: "В иронии все должно быть шуткой и все должно быть всерьез. В ней содержится и она вызывает в нас чувство неразрешимости противоречия между безусловным и обусловленным, чувство невозможности и необходимости полноты высказывания...". Ирония — это постоянное самопародирование, притворство, возведенное в квадрат, фактически, это некая двойная рефлексия. Ирония возникает как результат дистанцирования от мира, она задана дистанцией, требует дистанции и создает дистанцию. "Она основывается на конечном синтетическом единстве личности... и определяется соразмерностью Я и представления" (Делез).


Уход в иронию — попытка вырваться из пространства общезначимости, нормы, повседневности в мир чистой свободы. Иронический персонаж бесконечно меняет маски как знаки возможного, но всегда возвращается к себе как некой идентичности. "Ироник живет только своим Я, которому не удовлетворяет никакая реальность" (Кьеркегор). Итак, свобода оборачивается пустой возможностью свободы. Иронический дискурс ведет от соразмерности между Я и представлением к фиксации полного разрыва между ними. Р. намечает путь к новому языку, исчерпав до предела старые, подходит к краю культуры, за которым проглядывает неперсонифицированное


Ничто. Вероятно, неспроста иронический персонаж "Ночных бдений" Бонавентуры произносит известный монолог: "Жизнь — это лишь шутовской наряд, одетый на Ничто, пусть звенят на нем бубенчики, все равно его порвут и выбросят.


Кругом только Ничто, оно душит себя и с жадностью поглощает, и именно это самопоглощение создает обманчивую игру зеркал, как будто есть Нечто". Р. знаменует собой начало новой эпохи и поиск новых языков культуры. Романтики в той или иной степени оказали влияние на творчество таких мыслителей, как Кьеркегор, Шопенгауэр, Ницше, Хайдеггер, проблематизировав целый ряд тем, закрытых для осмысления в рамках классической философии. Особые судьбы ожидали романтические идеи на русской почве. В частности, влияние Шеллинга и йенских романтиков вдохновило творчество В.Ф


.Одоевского, славянофилов, В.Соловьева и русских символистов рубежа 19—20 вв.

И.М. Наливайко

психологический словарь
Старожил
Старожил
 
Сообщения: 4163
Зарегистрирован: Чт май 07, 2009 10:34 am

РОМЕРО

Сообщение психологический словарь » Пн авг 23, 2010 8:41 pm

РОМЕРО (Romero) Франсиско (1891—1962) — аргентинский философ персоналистско-антропологической ориентации (считал, что разработал собственную версию интенционализма). Непосредственное влияние на Р. оказали Дильтей, Шелер, Н.Гартман, Гуссерль, Кассирер, Орте-га-и-Гассет, им были восприняты и некоторые идеи неотомизма.


Философию понимал как философскую антропологию, трактуя последнюю как теорию культуры, которая, в свою очередь, понимается как "интерпретация современного мышления". Был близок "философии латиноамериканской сущности", но занимал по отношению к ней "внешнюю" позицию, настаивая на универсалистско-профессиональной природе философского знания. Для Р. всегда была актуальна проблема профессиональной "достаточности" философской культуры (в связи с чем он, в частности, предпринял в 1930—1940-е серию публикаций переводной западно-европейской философской литературы). Родился в Испании, но затем вместе с семьей переехал в Аргентину.


Учился и преподавал в университетах Буэнос-Айреса и Ла Платы (в 1931—1946 — профессор Университета Буэнос-Айреса, в 1936—1946 — профессор Университета Ла Платы). В 1940 совместно с Касо учредил в Буэнос-Айресе Свободный колледж (колехио) высших исследований, ориентированный на развитие национальной философской традиции. Во второй половине 1940-х отказался от сотрудничества с перронистским режимом, ограничившем действие гражданских свобод. Концепция Р. была радикализирована его последователем Э


.Пуксьярелли и в этой трансформации усвоена философами "поколения философии освобождения" (группа, заявившая о себе на Втором национальном конгрессе в Кордове в 1972). Основные программные работы Р.: "Трансценденция и ценность"(1945, статья) и "Теория человека" (1952).

Другие работы: "Современная философия" (1941), "Философия личности" (1944), "О философии в Америке" (1952), "История современной философии" (1959) и др. Видя свою задачу в проработке принципов "новой философии", Р. занял резко критическую позицию по отношению к различного рода натуралистически-позитивистским подходам, заявлял о необходимости изживания самого их духа в философии (ведь "позитивистом можно быть, не зная ни Конта, ни Спенсера"). В этой своей интенции Р. исходил из основных идей


Корна, но сместил акцент с проблемы свободы на проблематику сути человека и его места в современном мире, понимая последний как мир культуры. Основной свой тезис о единстве человека и мира культуры Р. обосновывал через специально разработанную им версию интенционализма. "Потенциальное сознание" субъекта, объективируясь вовне, создает, согласно Р., новую реальность (культуру), вытесняющую изначально наличествовавшую природную реальность. Культура при этом рассматривается: 1) как определенный порядок объективации ценностей и 2) как соотнесенность различных порядков ценностей, конституирующих особые сегменты культуры: религию, искусство, науку, технику, мифологию, философию, право и обычаи, язык.


Каждый последующий субъект исходно овладевает миром, созданным как "объект" предшествующими субъектами. Таким образом, человеческий разум самоопределяется не только в актах собственных объективации, но и в отношении к предшествующим подобным актам.


Только относясь к миру культуры как к своему собственному, индивид начинает собственно самоопределяться через свою способность предвосхищения при последующих восприятиях объектов реальности (культуры) и способность их "переобъективации" в действии. Проблемность его "бытия в мире" определяется, следовательно, тем, что попадает в поле восприятия и насколько он готов с этим "что" справиться (совладать). Такая постановка вопроса вводит, как минимум, два новых тематизма: 1) тезис о необходимости длительного "окультуривания" человека, бытие которого есть непрерывный процесс становления-самоусовершенствования на основе определенных "порядков ценностей" той или иной культуры и ее сегментов; 2) тезис об аккультурации группы людей (как носителей определенных культур, вплоть до национальных) в ходе непосредственных продолжительных контактов между ними.

Мы всегда имеем дело, по Р., лишь с различными "версиями человеческой драмы", закрепленными в конкретных культурах и дискурсах (в частности, историко-философском), которые могут быть интерпретированы различным образом. Историчны (имеют "свою биографию") не только индивиды, но и культуры, находящиеся к тому же во взаимодействии между собой.


Любую культуру, следовательно, нельзя понять как нечто окончательно зафиксированное. Она видится скорее как "поток постоянного происхождения", как "пульсация" соотносимых друг с другом уже состоявшихся объективации ("скрытое давление прошлого") и актуально действующих субъектов, проецирующих себя в будущее. Отсюда развертывание Р. принципов "новой метафизики", сформулированной и понятой Корном в терминах "философии свободы", как философской антропологии, которая одновременно есть теория культуры, которая, в свою очередь, есть теория современного мышления (интенционирующего взаимодействующие культуры и их сегменты).

Исходная интенциональная деятельность сознания задает тем самым неизбежную двойственность мира и человека через соотносимость природного и культурного, с одной стороны, и через необходимость различения "инвариантного"(человеческого как такового) и объективированного актуально-исторического — с другой. "Любой объект культуры имеет, можно сказать, тело и душу, чувственно воспринимаемую обертку и духовно-психическое содержание. Понять — это схватить в объекте культуры его невидимую значимость через восприятие ее видимой кажимости" (Р.). В соответствии с принципами философской антропологии, Р. видит свою первоочередную задачу в разрешении проблемы "кризиса личности" как базовой для понимания причин и поиска выхода из глобального кризиса современного мира в целом. В основе противоречий, провоцируемых двойственностью (дуальностью) мира, лежит, согласно Р., исходная двойственность (дуальность) человека.


Он "эмпиричен" и "трансцендентален", "подлинен" (аутентичен) и "мним" одновременно. С одной стороны, он ориентирован на удовлетворение своих необходимых естественных потребностей в конкретных ситуациях своего существования.

С другой — он способен преодолевать свое индивидуальное существование (в этом смысле и свою конечность), обращаясь к постижению истины, выявлению принципов справедливости и т.д. Он одновременно выступает и как психическое существо — индивид, и как существо духовное — личность, т.е. являет собой "два лика бытия". Индивид на уровне "психики" характеризуется, прежде всего, через свою "особость", "неповторимость", "отличность". На этом уровне можно говорить о "первичной интенциональности" (или "прединтенциональности"), т.к. человек слит со "своими обстоятельствами", а его психическая жизнь выступает как "неразрывная последовательность" нерефлектируемых состояний. Однако здесь нет полагания субъекта и объекта, поэтому говорить о них на этом уровне некорректно. Более того, как считает Р., здесь нет достаточных оснований говорить о сознании вообще, т.к. последнее неизбежно предполагает развитое самосознание.


Это уровень так называемой "врожденной психики", служащей для внутренней координации и контроля внешнего поведения индивида. На этом уровне жизнедеятельность "психически" регистрируется, резонирует и первоначально удваивается (потенциально расслаиваясь на "физические" и "психические" элементы).


На втором же уровне человек в качестве личности вступает в отношение с "универсальными инстанциями и ценностями", способен вступить в область "Духа". Согласно Р., это "высшая", "интенциальная психика", направленная на объективацию человеческой сущности в действии, а через него и в культуре. На этом уровне человек способен "выйти" не только за пределы "природного", но и за пределы "самого себя". Он выступает здесь как носитель "духовного" (рефлективного) сознания, проецирует свои намерения и действия на "объекты" с целью их познания, тем самым, собственно, и полагая их как объекты.

Объективация — это есть восприятие чего-либо как объекта, предстающего перед субъектом в модусе "присутствия". Бытие объектов означает лишь "быть данным субъекту". В свою очередь, субъект конституируется как субъект также в процессах объективации — бытие субъектом означает постижение объектов, он есть в этом смысле "нечто предусмотренное". "


;Нельзя говорить о сознании, когда не существует иного, кроме области переживаемых состояний, сознание есть необходимо сознание чего-то". Отсюда "интеллектуалистский тезис" Р.: основополагающей является "интенциональная структура", которая появляется с возникновением взаимного соотношения субъекта и объекта в "первичной связи познавательного восприятия второго первым". Быть субъектом означает, далее, обладать самосознанием — субъект способен рефлектировать не только "мир", но и "себя", а тем самым "себя в мире". Самосознание — "поворот субъекта вокруг себя для возвращения к самому себе". Именно благодаря ему субъект способен "выйти за пределы себя". "Личность есть духовный индивид". Соответственно, утверждает Р., она "есть ни что иное, как комплекс духовных актов в каждом субъекте".


Тогда сознание — субъективный психо-духовный центр личности, природа которого трансцендентальна, определяется объективированной культурой, в которую включен человек. Подлинное человеческое бытие — это культурное бытие, в котором реализуется собственно человеческое в человеке — его сущность.


Однако будучи подвержена воздействию новых объективации, культура изменчиво-исторична. Поэтому, с одной стороны, она трансцендентально определяет принципы, которым следует сознание, и выкристаллизовывает "чистые ценности" как "пребывающие вне времени", а с другой — носит конкретно-исторический и национальный характер, выражая актуальные ценности нации и эпохи. Действуя в культуре, человек релятивизирует ценности, придает им историчность в процессах их усвоения. "


;Ценности, исторически утвержденные и реализованные человеком, образуют ценностные комплексы, которые мы называем благами и которые составляют специфически человеческий мир культуры". Взятая в аспекте "ставшего", культура выступает как "объективная культура" (в нее входит любой результат творчества, автономизировавшийся от своего автора).

Взятая в аспекте "становления", культура выступает, как "культурная жизнь" (действование внутри "ставших объективации"). Культура охватывает, тем самым, любой продукт и любой поведенческий акт человека, если он осмыслен, а в своем инвариантном содержании она есть мир "Духа". По мысли Р., духовность воплощается в эмоциях и воле человека (в их подчиненности разуму), которые направляют субъект к объекту, предопределяют восприятие объектов исключительно субъективно.


Объективация субъективного дает возможность разуму управлять вещами через постановку целей, выбор средств и использование ресурсов языка. Исходный уровень — восприятие предварительно данных культурой объектов как обладающих смыслом. Это "эмпирический" источник разума, передающий ему "значения", дающий возможность раскрыть сущность объекта и на этой основе управлять им.


Следующий уровень — собственная объективация — возникает из действия, реализуемого субъектом. Первый уровень "преддуховной психики" пассивен, эксплицируется Р. как "энергетический элемент" индивидуализации. Второй уровень "духовной психики" активен, на нем сознание формируется как дифференцированная структура с "субъективным психико-духовным центром", в котором, в свою очередь, наличествует "индивидуализирующий центр" самосознания. Фактически, речь на этом уровне идет о формировании "Я", окруженного миром, т.е. "контуром объектов".


На уровне "духовной психики" мир является как "объектное поле", внутри которого "Я" утверждает свое существование и проявляет свою сущность, действуя, направляемый своими практическими интересами. Противопоставляясь объекту, субъект определяется в нем, проецируясь на объект в "актах своей воли". Таким образом, и внутри культуры субъект оказывается "двойственным" — пассивноактивным в зависимости от уровня (вертикали) действования. В "горизонте" социальности субъекты дополнительно дифференцируются по различным общностям, к которым они принадлежат.


>Эти общности характеризуются через уровень реализуемой в них интенциональности (тем самым и они "задаются" культурой). В них можно выделить, согласно Р., два класса индивидуумов: класс, мотивирующийся внешними стимулами (действующих на уровне "преддуховной психики"), и класс выражающих в своих действиях собственные принципы (уровень "духовной психики"). Принадлежащие к первому классу презентируют особенное, но не индивидуальное, которое проявляется лишь во втором классе. В индивидуальном особенное переходит во всеобщее. Таким образом, процесс становления личности есть процесс индивидуализации как процесс формирования отдельных, обособленных и отдаленных от всех других сущностей.


Личность есть неделимое целое, подчиненное заключенному внутри него принципу движения ко всеобщему. Человек единственный, кто знает, что он существует и существует мир, что его предназначение — "быть в мире". "Для человека мир есть одновременно внешний и внутренний и не является для него чужим, т.к., воспринимая его, человек делает его внутренним". Более того, став субъектом "духовных аспектов", человек не просто входит в культуру, а "прорывается" в область "Духа", который одновременно есть составляющий и детерминирующий элемент Космоса, появляющийся вместе с человеком и задающий принцип личности. Тем самым "понятие Космоса неотделимо от понятия индивидуальности". "Дух", презентируя Космос, одновременно презентирует и "объективированность" индивидуальных сущностей.

В то же время, личность, двигаясь ко всеобщности, остается историчной в историчной же культуре. "


;Человеческая историчность зависит от целесообразной структуры духовности, а от соединения этих двух инстанций зависит то, что является фактически главным для целостного человека — его двойственность".


Таким образом, "жизнь в мире" предполагает удержание в определенном балансе вневременной (духовность) и временной (целесообразность) координат, а в этой последней — баланса утилитарного (преследование собственных интересов) и неутилитарного (опять же духовного, но как способности отнестись к другому как к обладающему самодостаточной значимостью). Отсюда двойственность этики Р., которая должна быть одновременно формальной (подчиненной долгу) и реальной (организующей действие). Моральное предназначение "человека в мире", согласно Р., — утверждение ценностей в мире вожделений и страстей, что предполагает следование двум императивам: 1) познания, утверждающего необходимость самосознания через осмысление ценностей, и 2) поведения, требующего верности собственной духовной программе по реализации ценностей.


С другой стороны, механизмы социальной адаптации, объективированные в современном обществе, притупляют способность рефлексивного и критического восприятия мира, навязывают принятие конформистской модели поведения, провоцируют "бум потребления", превращаются в средства контроля и манипулирования поведением людей. Попадая "в плен" к ставшей (объективной) культуре, подвергаясь "скрытому давлению прошлого" в процессах социальной адаптации, личность редуцируется до индивида, отказываясь от реализации своей сущности. В этом случае человек прибегает к дискурсам "самооправдания", тяготеет к идеям и образцам, "маскирующим" действительность.


В большинстве случаев "маскировка" в современной культуре не есть прямое притворство и желание обмануть других. Человек, как правило, убежден в искренности своих действий, он просто неспособен отрефлектировать смыслы и мотивы своего поведения, не замечает "иллюзорности" того, что считает своей индивидуальностью.

Таким образом, человек попадает в замкнутый круг "превращенных" культурных форм (ведь он "живет в вечном взаимообмане с культурными формами"). Разорвать его — подлинная задача современного человека, которую не может реализовать, согласно всему "духу" философии Р., никто, кроме его самого. Однако в позднем творчестве Р. под влиянием "


;Восстания масс" Ортеги-и-Гассета появляется и усиливается мотив скепсиса относительно возможностей человека. Разделение людей на два класса, которые одновременно выступали и двумя ступенями в процессе индивидуализации, вытесняется (по крайней мере, дополняется) представлением о дихотомии активного меньшинства (элиты), способного предлагать и реализовывать духовные программы, и большинства — массы несамостоятельной, пребывающей в состоянии перманентно воспроизводимой иллюзорности, мимикрирующей в своем стремлении к "маскировке". Р. говорит даже о новом явлении современности — постоянном "присутствии" недоверчивой массы. В связи с этим он формулирует и свой политический идеал "интеллектократии" (предполагающий этическое обоснование политики), с одной стороны, как единственного "противоядия" против нарастающей волны "охлократии", а с другой — как способ блокирования "олигархизации" социальной жизни. В последние годы жизни в творчестве Р. произошла и актуализация историко-философской проблематики под воздействием импульсов, идущих от "философии латиноамериканской сущности", переоформлявшейся постепенно в дискурсы "философии освобождения" (представителями которой стали его наиболее радикально настроенные ученики). Сам Р. в споре о "сущности латиноамериканского" занял достаточно взвешенную позицию, соответствовавшую как установкам его учителя Корна, так и духу собственной философии.

Основополагающими для его историко-философских ориентации остались три методологические установки "новой философии": 1) двойственности культуры, т.е. наличия в ней инвариантного (философия как таковая вне зависимости от контекстов ее продуцирования) и конкретно-исторического (философия в контекстах задач эпохи и нации); 2) равноправия и самостоятельной значимости "иного бытия", без учета которого затруднено собственное самоопределение (европейская и латиноамериканская философии как "иное" друг друга); 3) понимания сложившихся "порядков ценностей" лишь как одной из возможных "версий человеческой драмы", которая может быть переинтерпретирована с иных позиций (взгляда на Латинскую Америку и ее философию не как на объект, а как на субъект истории). (См. также "Философия латиноамериканской сущности".)

В.Л. Абушенко

психологический словарь
Старожил
Старожил
 
Сообщения: 4163
Зарегистрирован: Чт май 07, 2009 10:34 am

РОРШАХ

Сообщение психологический словарь » Пт авг 27, 2010 9:43 am

РОРШАХ (Rorschach) Герман (1884—1922) — швейцарский психолог и психиатр. Создатель проективного теста чернильных пятен. После окончания гимназии получил медицинское образование в Нейбурге, Цюрихе (д-р медицины, 1912), Берлине и Берне.


Специализировался по психиатрии под руководством Э. Блейлера, К.Г. Юнга в цюрихской университетской клинике, где к душевнобольным пациентам применяли Юнговский тест ассоциативных слов в сочетании с новыми психоаналитическими концепциями З. Фрейда. В 1911 г. начал исследование восприятия аморфных (структурированных) объектов.


Разработал начала проективного подхода к исследованию личности. В 1912 г. завершил дис. "О рефлексивных галлюцинациях и близких им явлений". Впоследствии работал в психиатрических клиниках Швейцарии (с 1915 и до конца жизни — в клинике кантона Аппенцель), а также некоторое время — в России — с декабря 1913 по июль 1914 г. работал психотерапевтом в подмосковном санатории Крюково у Н.А. Вырубова. В совершенстве овладел русским языком. Читал в подлиннике А.С. Пушкина, Л. Толстого и с особым вниманием — Ф.М.


Достоевского, к творчеству которого относился с большим интересом и о котором незадолго до смерти намеревался написать специальную работу. В 1906 и 1909 гг. посещал Россию. Был в Казани, Кургане, Самаре, Уфе, Челябинске и др. Во время путешествий практиковал как психиатр и психотерапевт. Весной 1910 г. в Швейцарии Р. женился на русской коллеге О.Н. Штепелин. В 1914 г. эмигрировал в


Россию, но вскоре вернулся, разочарованный плохими исследовательскими перспективами. Продолжал практиковать психоанализ и увлекся изучением истории религиозных сект, что было вызвано историей одного из бывших пациентов клиники для душевнобольных по фамилии Бинггели. В свое время этот пациент — основатель религиозной секты — был осужден за ритуальные сексуальные церемонии, включающие инцест. Р выяснил, что один из предков Бинггели был главой аналогичной секты, исповедовавшей святость инцеста, кроме того 9 других родственников были связаны с подобными сектами.

В исторических хрониках Р. обнаружил упоминание о подобных сектах начиная с XVII века. Он опубликовал две статьи на эту тему, но полный текст книги вышел только после его смерти, поскольку Р. внезапно оставил эту работу и вернулся к исследованиям чернильных пятен (1917).


Это было вызвано интересом к феномену синестезии (взаимодействию различных чувственных модальностей), который был свойственен ему самому. За три года он сократил набор пятен до 15 и подготовил текст книги "Психодиагностика". Однако издание книги существенно затянулось. В 1919—1922 гг. Р. был вице-президентом Швейцарского психоаналитического общества.


Он продолжал пересматривать свои воззрения и к моменту выхода книги (1921) считал их полностью устаревшими. Из 15 картинок, тщательно выверенных и обоснованных самим Р., издатель отобрал и оставил 10. Спустя несколько месяцев, подавленный издательским провалом и резкой критикой, Р. скончался от неоперабельного перитонита. Эта смерть, по словам П. Блейлера, погубила "надежду целого поколения швейцарской психиатрии". Современные исследователи (Г. Гордон Биванс) переоценивают роль Р. в свете современных ему психологических теорий.


Останься он в России, история психологии в этой стране могла бы стать иной (это утверждение более, чем спорно). Опубликуй он свой труд о религиозных сектах, и влияние теории З. Фрейда о подавлении воспоминаний о пережитом в детстве сексуальном насилии не было бы таким всеобъемлющим. Если бы он смог развить свою оригинальную концепцию интроверсии-экстраверсии (как дополнительных функций — "творческой интроверсии" и "экстранапряжения", баланс между которыми и заключается в переживаниях личности), то он мог бы обогнать Юнга.


По мнению Г.Г. Биванса, мы могли бы обойтись без теста чернильных пятен, который был направлен на установление предполагаемых личностных особенностей и психопатологических структур, но при этом не был обеспечен соответствующими статистическими проверками.

Тогда не наступила бы эпоха "скучного бихевиоризма", созданного современником Р., Д.Б. Уотсоном, и вытесненного впоследствии феноменологической психологией. "Биография Р. — это напоминание о том, что упорядоченное развитие психологической теории является иллюзией". Тем не менее вышедшая в 1921 г. "Психодиагностика" ("Psychodiagnostik". Bern und Leipzig) впоследствии оказала большое влияние на разработку проективных методик и тестов, формирование и развитие психодиагностики и психологии.

Л.А. Карпенко, В.И. Овчаренко

психологический словарь
Старожил
Старожил
 
Сообщения: 4163
Зарегистрирован: Чт май 07, 2009 10:34 am

РОРШАХА ТЕСТ

Сообщение психологический словарь » Сб авг 28, 2010 3:02 pm

Роршаха тест (Rorschach test, Rt) — экспериментальный проективный тест для исследования личности, основанный на анализе восприятия испытуемым бессодержательных симметричных стандартных пятен. Р. т. применяют для развернутой характеристики (диагноза) личности в целях профориентации, профотбора, психотерапии, а также для диагностики психических расстройств, определения риска агрессивных и суицидальных действий.

Идея использования чернильных пятен в качестве тестового материала была высказана в 1895 году Бине (A. Binet) и Анри (V.


Henri). Первая серия пятен разработана Дайерборном (Q. Diarborn, 1897). В 1910 году Ф. Е. Рыбаков опубликовал серию из 8, а Уиппл (Q. M. Whipple) из 20 пятен.


Герман Роршах, посвятивший разработке этого метода 10 лет (1911—1921), превратил его из теста для исследования фантазии в тест исследования личности. В основе Р. т. лежит представление о проекции не в узком психоаналитическом смысле, как отчуждении вытесненных переживаний и побуждений, а в широком смысле, — как личностной характеристике, присутствующей в любой форме деятельности. В Р. т. проекция реализуется в результате необходимости придать содержательную структуру бессмысленным пятнам. Анализ взаимодействия стандартного, тщательно изученного во всех аспектах тестового материала пятен с формующе-осмысляющей эти пятна деятельностью личности позволяет выяснить ее собственную структуру. Множество используемых характеристик разного уровня, охвата, модальности, аналитичности и особенности их динамики позволяют дать достаточно дифференцированную картину, инвариантную структуре личности.


Никакого особого механизма проекции, подразумеваемого психодинамическими школами, не существует. Проекция осуществляется в результате целостной психической деятельности.

Процедура Р. т. не связана с какими-либо ограничениями для испытуемого, ему предлагаются в определенной последовательности 10 таблиц с бессодержательными симметричными пятнами: черно-белые, черно-бело-красные и полихромные. Он должен назвать и показать все, что видит содержательного в этих пятнах.


Латентное и общее время ответов хронометрируют. Полученные ответы шифруются по определенным правилам, в результате чего вскрывается их сложная структура: во-первых, локализация ответа (дается ли ответ по целому пятну, по ясно очерченной детали, по необычной детали, по белому фону, имеется ли в ответе смешение фигуры и фона); во-вторых, определяются детерминанты ответа, на которые опирается испытуемый, описывая пятна: на форму, на цвет, диффузную или дифференцированную светотень, ахроматический цвет, кинестетическое чувство или на их всевозможные комбинации; в-третьих, выявляются классы содержаний: видит ли испытуемый в пятнах людей, животных и др. Кроме того, оцениваются высказываемые испытуемым комментарии, суждения, их популярность и свыше 80 других дополнительных характеристик ответа. Дальнейший анализ использует нормативные таблицы локализации и популярности, которые регулярно обновляются.

На основе сложного качественного анализа и соотношения частот устанавливается свойственный испытуемому тип восприятия (целостный, аналитический, осторожный, некритичный, педантичный), тип переживания (экстра- или интратензивный, уравновешенный, суженный), тип контроля эмоций (лабильный, импульсивный и др.), степень реалистичности, мера категориальной четкости познавательных процессов, характеристики тревожности, оппозиционности, инфантильности и т. д.


Наборы различных показателей и их сочетаний разносторонне характеризуют интеллектуальные и мотивационные ресурсы личности, особенности мыслительных и эмоциональных процессов в их взаимосвязи, их направленность и многие другие особенности. Затем осуществляют интерпретацию этих, сведенных в различные блоки, данных, постоянно возвращаясь от обобщенных характеристик к их сочетаниям в конкретных ответах с приматом профиля, гештальта, "физиономии" этих последних. Интерпретация представляет последовательное введение полученных результатов во все более широкий контекст внутри Р. т., в системе данных по другим использованным методам, в конкретный клинический и "общежизненный" контекст, в результате чего полученные данные приобретают все большую однозначность.

При решении диагностических задач в данных Р. т., прежде всего, выявляют показатели, в наибольшей степени отклоняющиеся от нормативных, и пытаются объяснить это отклонение в контексте других показателей теста.


Из нескольких возможных значений выбирается наиболее соответствующее клинической картине. Так, например, выявляемое при тестировании снижение категориальной четкости познавательных процессов, само по себе представляющее неспецифическое расстройство, при отсутствии каких-либо данных, свидетельствующих об аффективных нарушениях, например, депрессии, или о психоорганическом синдроме, позволяет предположить наличие шизофрении.


При различных формах шизофрении диагностическая значимость показателей различна. Так, при бредовой шизофрении, в особенности при систематизированном бреде, отмечается не снижение, а наоборот, повышение категориальной четкости, несмотря на наличие аффективного расстройства, которое обычно снижает этот показатель. Это же относится к патологическому педантизму и классической меланхолии. Прицельный клинический анализ дает возможность, руководствуясь этим показателем, отдать предпочтение одной из трех названных форм психических расстройств, что делает Р. т. при решении такого рода диагностических задач экспериментально-психопатологическим методом. При шизофреническом дефекте нередко удается обнаружить снижение мотивационного потенциала, что выражается в уравнивании показателей темпа, количества и качества ответов на черно-белые и цветные таблицы.

Использование Р. т. способствует установлению предварительного клинического диагноза и позволяет придавать клиническому анализу большую целенаправленность. Наибольшее значение Р. т. приобретает для выявления скрытых маскированных форм психических расстройств и для выявления истинной глубины дезорганизации при различных стертых формах. Результаты тестирования могут быть также использованы при разработке профессиональных рекомендаций. Напр., при профотборе летчиков особое значение приобретают показатели, характеризующие вероятность возникновения стрессовой реакции, состоящей в замедлении темпа, уменьшении количества и снижении качества ответов при предъявлении испытуемому цветных таблиц, а также показатели снижения контроля эмоций.

Ю. С.


Савенко

Раздел 6. Методы и психодиагностика в клинической психологии

психологический словарь
Старожил
Старожил
 
Сообщения: 4163
Зарегистрирован: Чт май 07, 2009 10:34 am

РОССОЛИМО "ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОФИЛИ"

Сообщение психологический словарь » Пн авг 30, 2010 11:58 am

Россолимо "психологические профили" — тест интеллекта, представляющий собой психометрическую шкалу измерения уровня развития общих способностей Разработан Г.И. Россолимо в 1909 г. Р. "п. п." включает 11 тестов. Сущность метода, согласно Россолимо "сводится к определению "высоты" 11 психических процессов, максимум силы которых оценен в 10 единиц, причем в основу определения высоты каждого процесса положен принцип положительных и отрицательных ответов. "Высота" каждого процесса выражается в высоте ординаты, определяемой числом десятых долей максимальной ее величины, одинаковой для всех процессов. В конце исследования все точки графика могут быть соединены линиями, и тогда получится кривая высот всех отдельных опытов, т.е. детальный психологический профиль, облегчающий обзор данных" (Г.И.


Россолимо, 1910). Тестовые задания объединяются в 9 групп, направленных на измерение отдельных психологических способностей: 1. Внимание. 2. Воля. 3. Точность восприятия. 4. Память. 5. Осмысление. 6. Комбинаторные способности; 7. Сметливость. 8. Воображение. 9. Наблюдательность. Существует два варианта Р. "п. п.":


Первый вариант состоял в общей сложности из 38 тестов, во втором варианте количество тестов было сокращено до 27. Шкала Р. "п. п." являлась одним из первых тестов интеллекта и пользовалась большим успехом не только в России, но и в других странах. В настоящее время шкала представляет интерес главным образом как исторически важная веха развития тестов интеллекта.

Л.Ф. Бурлачук

психологический словарь
Старожил
Старожил
 
Сообщения: 4163
Зарегистрирован: Чт май 07, 2009 10:34 am

РОСТ И РАЗВИТИЕ

Сообщение психологический словарь » Ср сен 01, 2010 8:55 am

Рост и развитие — важнейшие процессы, обусловливающие морфологические и функциональные изменения организма в восходящей фазе онтогенеза.


Рост — количественное увеличение биомассы организма за счет увеличения размеров и массы отдельных его клеток благодаря их делению. Развитие — качественное преобразование тканей и органов организма, которые протекают как за счет увеличения размеров, так и за счет дифференцировочных процессов (увеличение разнообразия и специализации клеточных структур), и приводит к качественным и количественным изменениям функций организма. Р. и р. протекают гетерохронно, причем для каждой из тканей организма фазы роста и дифференцировочных процессов чередуются.

Процессы Р. и р. начинаются с образования зиготы (начальная стадия образования зародыша человека) и завершаются в основном к 20 годам. Термин "рост" используется иногда как синоним длины тела; термин "развитие" — для описания достигнутого уровня морфофункционального созревания отдельных свойств человека: развитие физическое, развитие психическое, развитие моторное и др.

Существуют периоды активации и торможения роста: первое отмечается в период до рождения и в первые месяцы жизни: затем интенсификация роста происходит в 6—7 лет (полуростовой скачок) и 11—14 лет (ростовой скачок, или пубертатный скачок роста).

Развитие также процесс нелинейный. В течение онтогенеза выделяются периоды постепенного, плавного развития и переломные периоды, характеризующиеся существенным качественным преобразованием функций.

психологический словарь
Старожил
Старожил
 
Сообщения: 4163
Зарегистрирован: Чт май 07, 2009 10:34 am

РОСТОУ

Сообщение психологический словарь » Вс сен 05, 2010 11:59 am

РОСТОУ (Rostow) Уолт Уитмен (р. 1916) - американский социолог, экономист, государственный деятель. Профессор Массачусетского технологического института и университета штата Техас (с 1969). Один из авторов концепции "индустриального общества". Автор концепции "стадий экономического роста".


Основные сочинения: "Стадии экономического роста. Некоммунистический манифест" (1960), "Процесс экономического роста" (второе издание - 1962), "Взгляд с седьмого этажа" (1964), "Динамика советского общества" (1967), "Соединенные Штаты на мировой арене. Эссе по современной истории" (1969), "Политика и стадии роста" (1971) и др.

Р. предложил выделить 5 типов общества в соответствии с разнокачественными стадиями его эволюции: 1) "традиционное общество" (аграрное, иерархизированное, с концентрацией власти у землевладельцев, примитивной техникой и наукой); 2) "переходное общество" (характеризующееся интенсификацией сельскохозяйственного производства, складыванием централизованных государств на основе "национализма", появлением нового класса "предприимчивых людей"); 3) общество "стадии сдвига" (эпохи промышленной революции); 4) общество "стадии зрелости" [индустриальное общество со значимым (до 20%) компонентом капиталовложений в структуре национального дохода, широким распространением достижений науки и техники, превращением горожан в преобладающий сектор населения, ростом труда высокой квалификации в общей структуре занятости]; 5) общество "эры высокого массового потребления" (доминирование сфер услуг и производства товаров массового потребления с сопряженными трансформациями "качества жизни" людей). Концепция Р., являвшая собой один из модернистских социологических вариантов опровержения гипотезы об общественно-экономических формациях, в первую очередь обращала на себя внимание акцентированным преодолением европоцентризма, присущего соответствующей доктрине Маркса (см.).

А.А. Грицанов

психологический словарь
Старожил
Старожил
 
Сообщения: 4163
Зарегистрирован: Чт май 07, 2009 10:34 am

РОСТУНОВ

Сообщение психологический словарь » Пн сен 06, 2010 1:32 pm

РОСТУНОВ Александр Тимофеевич (р. 1920) — белорусский психолог, специалист в области инженерной психологии и психологии труда. Д-р психологических наук (1983), профессор (1988). Закончил Военную академию артиллерийской радиолокации.


В настоящее время заведует отделом Национального института образования Республики Беларусь. Научная деятельность Р. связана с проблемами формирования профессиональной пригодности специалистов операторского профиля к деятельности в обычных и экстремальных условиях.


Методологически исходным является положение о том, что системно-образующий характер процесса профессионализации обусловливается закономерностями трудовой деятельности, которая, будучи социальной по природе, зависит от способностей личности, от возможностей развития и компенсации профессионально важных свойств. Определяющим признаком профессиональной пригодности человека являются его способности к выполнению какой-либо деятельности или нескольких деятельностей, к открытию и созданию новых ее типов.


В качестве условий формирования профессиональной пригодности выделяются: соответствующая мотивация, структура качеств личности, сочетание сенсорных, мнемических, логических, эмоционально-волевых и других компонентов психики, своеобразно преломляющихся и развивающихся в конкретных видах деятельности человека. Процесс формирования профессиональной пригодности рассматривается Р. как система, включающая в свой состав 4 функционально взаимосвязанные подсистемы: профориентация, профотбор, профподготовка, профадаптация. Каждая из указанных подсистем, в свою очередь, имеет несколько подсистем (блоков) более низкого ранга, обеспечивающих функционирование как соответствующей подсистемы, так и системы в целом.

Основой построения системы формирования профпригодности специалиста выступает психологический анализ и прогнозирование деятельности как условия обеспечения функционирования подсистем. Р. автор трудов: "Формирование профессиональной пригодности будущих офицеров", 1982, "Формирование профессиональной пригодности", 1984. Специальный блок работ посвящен проблемам профориентации молодежи и ее психологической подготовки к трудовой деятельности: "Ориентация школьников на военные профессии", 1984; "Военно-профессиональная ориентация молодежи", 1988; "Психологическая подготовка школьников к труду и выбору профессии", 1995.

Р.И. Водейко

психологический словарь
Старожил
Старожил
 
Сообщения: 4163
Зарегистрирован: Чт май 07, 2009 10:34 am

РОТМАН

Сообщение психологический словарь » Ср сен 08, 2010 2:57 pm

РОТМАН Давид Генрихович (р. 1944) - белорусский социолог, политолог, специалист по проблемам методологии и методики социологических исследований, оперативным и электоральным социологическим исследованиям, доктор социологических наук, профессор. Окончил отделение философии Белорусского государственного университета (1972). В 1972-1974 - социолог Центра НОТ Министерства легкой промышленности Беларуси; в 1974-1991 - младший научный сотрудник, старший научный сотрудник, заведующий отделом социологических служб Белорусского государственного университета; в 1991-1997 - профессор кафедры социологии Белорусского государственного университета; с 1997 - Директор Центра социологических и политических исследований Белорусского государственного университета. С 1987 по 1991 - член руководства всесоюзной социологической программы "Общественное мнение" Гособразования СССР; с 1997 - заместитель главного редактора научно-теоретического журнала "Социология"; с 2000 - вице-президент Белорусского социологического общества.

Р. является автором концепции оперативных социологических исследований как самостоятельного направления в социологии, разработчиком методологических подходов к организации и проведению электоральных социологических исследований, создателем ряда оригинальных методик электоральных социологических исследований. Является автором ряда трудов в области социологии политики, социологии молодежи, социологии отклоняющегося поведения, социологии межнациональных отношений.

Основные научные труды: "Оперативные социологические исследования в комсомольской работе" (1988); "Оперативные социологические исследования" (1998); "Оперативные социологические исследования: методика и опыт организации" (2002); "Электоральные социологические исследования" (2002) и др.

психологический словарь
Старожил
Старожил
 
Сообщения: 4163
Зарегистрирован: Чт май 07, 2009 10:34 am

РОТТЕР

Сообщение психологический словарь » Сб сен 11, 2010 6:02 pm

РОТТЕР (Rotter) Джулиан Б. (р. 1916) — американский психолог, специалист в области клинической психологии, психологии здоровья, психологии личности, социальной психологии, теории социального научения. Образование получил в Бруклинском колледже (бакалавр по химии, 1937), ун-те Айовы (магистр, 1938), и Индианском ун-те (д-р философии, 1941). Во время Второй мировой войны служил в качестве военного психолога. После войны присоединился к Джорджу Келли в ун-те Огайо (1945—1963), после чего был приглашен на должность профессора в Коннектикутский ун-т. В 1968 г. получил награду подразделения клинической и патологической психологии


APA: "За выдающийся вклад в науку и профессионализм в клинической психологии". В 1969 г. Р. — президент отделения личностной и социальной психологии АРА, в 1970 г. — президент отделения клинической психологии АРА. С 1974 по 1977 г. состоял в совете АРА. В 1976—1977 гг. Президент Управления по охране окружающей среды. Был редактором-консультантом: Journal of Applied Psychology, Journal of Abnormal and Social Psychology, Psychological Bulletin. Р. наиболее известен как теоретик социального научения.


Полагал, что существуют индивидуальные различия, которые зависят от того, на кого люди возлагают ответственность за происходящее с ними. Ввел понятие "ожидание", т. е. уверенности или субъективной вероятности того, что определенное поведение людей в данной психологической ситуации будет каким-то образом подкреплено. В этой связи Р. выделил два типа людей: среди первых те, кто уверен, что сможет проконтролировать и повлиять на получаемые подкрепления — это люди с интернальным (внутренним) локусом контроля (интерналы); среди других те, кто считает, что подкрепления — дело случая или судьбы — это люди с экстернальным (внешним) локусом контроля (экстерналы). Р. разработал "Шкалу интернальности-экстернальности" (1966) для измерения этих индивидуальных различий. Экспериментально ему удалось показать, что экстерналы более беспомощны, у них более слабая мотивация, они более склонны к конформизму.

Наиболее оптимальным является внутренне-внешний локус контроля, такие люди обладают относительной стабильностью; было опровергнуто мнение, что интерналы обладают меньшей адаптивностью, это оказалось не так. Р. разработал также ряд личностных опросников: "Градация устремленности", "Бланки незаконченных предложений", "Шкала межличностного доверия". Основные труды: "Social learning and clinical psychology", 1954; "Clinical psychology", 1964; "Personality", 1975; "The development and applications of social learning theory: selected papers", 1982.

С.В.


Ильина, Л.А. Карпенко

психологический словарь
Старожил
Старожил
 
Сообщения: 4163
Зарегистрирован: Чт май 07, 2009 10:34 am

РОТХАКЕР

Сообщение психологический словарь » Вс сен 12, 2010 3:07 pm

РОТХАКЕР (Rothacker) Эрих (1888—1965) — немецкий философ, культуролог и культур-социолог, один из основоположников (наряду с М.Ландманом) версии философской антропологии как культурной антропологии. В 1920-е работал в подходе немецкой исторической школы К


.Лампрехта. В 1930-е попал в круг идей Шелера, что предопределило его поворот к философской антропологии. Переинтерпретировал ряд семиотических и кибернетических идей немецкого биолога Я. фон Икскюля. Оппонировал биоантропологической версии философской антропологии (особенно Гелену).


Ученик Дильтея, у которого наследовал концепцию "наук о духе" и идею исторической обусловленности познания. Являлся издателем его теоретического наследия. Многие разработки Р. близки духу последней работы Кассирера "Что такое человек? Опыт философии человеческой природы" (1944) и концепции "герменевтической логики" Х.Липпса. В поздних работах Р. переинтерпретировал концепцию "жизненного мира" Гуссерля. Значительную часть жизни Р. проработал в Боннском университете, где занял в 1929 должность профессора.


>Основные работы: "Логика и система наук о духе" (1927), "Философия истории" (1934), "Слои личности" (1938, программный труд), "Военное значение философии" (1944), "Проблемы культурной антропологии" (1948), "Человек и история" (1950), "Философская антропология" (1956), "К генеалогии человеческого сознания" (1966) и др. В своих теоретико-методологических установках Р. исходил из необходимости: 1) преодолеть односторонность как эмпиризма (сведение к обьекту), так и априоризма (неспособность связать свой дискурс с опытом и историей) в подходе к человеку; 2) сместить акцент в анализе проблематики человека с его негативных определений (линия Гелена с ее тезисом о принципиальной биологической "недостаточности" человека как животного) на позитивные. В единстве своей предметности и духовной субъективности человек может быть понят только как целостность и конкретность, задающие "содержательность" любым дискурсом философской антропологии.


Он всегда погружен в определенную жизненную ситуацию с соответствующим горизонтом мировосприятия (переживаний), исходя из которого и строится его деятельностная активность. Люди всегда принадлежат определенным обществам, образующим их специфическую среду, и самореализуются во вполне конретных культурах (этнических и языковых с их неповторимыми традициями и установками). Культура задает "жизненные стили" как формы самовыражения индивида.

В них человек "ведет себя" и относится к "самому себе", в них он постоянно "переводит себя", объективируя "свое внутреннее".


Тем самым он реализуется как творческая историческая личность, конструирующая "свои миры". В стилистике человеческого поведения ничего изначально природно не задано, она постоянно формируется и поддерживается деятельностным усилием, выражает то, что человек сам из себя делает (в этом ключе Р. исследует такие формы специфически-человеческого выражения, как стыд, смущение, замешательство и т.д.). И тем не менее, человеческое начало двойственно — оно и дано, и задано, что изначально делает его "подлинность" (аутентичность, идентичность) проблемой.


Индивид всегда оказывается "между" (подлинным и неподлинным, истинным и неистинным).


Он застает созданное до себя как "данность" (как уже оформленный "материал") и имеет свой проект, подлежащий реализации как "заданность" ("человек живет в мире феноменов, которые он высветил прожектором своих жизненных интересов и выделил из загадочной действительности"). Тем самым Р. накладывает ограничения на тезис об "открытости человека миру", ведь индивиду доступно лишь то, что "высветлено" (т.е. лишь определенные по отношению к конкретным ситуациям жизни "аспекты мира"). Как целостность и конкретность (бытия и сознания, практики и переживания) человек сложно организован, содержит в себе три "слоя": 1) вегетативной и животной жизни; 2) определяемого влечениями и чувствами "Оно"; 3) мыслящего и самопознающего "Я", — подчиняющихся только им имманентным закономерностям.


Конституирующим же собственно человеческое выступает "третий слой", открывающий (точнее — приоткрывающий) человека миру, требующий его самовыражения в культуре (как ответе на вызов природы). Здесь Р. следует идее Плеснера о позициональном дистанцировании человека по отношению к миру и к самому себе как условии раскрытия его "человечности", но максимально "стягивает" ее на тематизмы культурного бытия, бытия культурой (в стилистиках культуры). Личность (во взаимодействии с другими) сама формирует свои "духовные ландшафты" (которые всегда "скрыто" антропоморфны как результат избирательного отношения к миру), конституирует собственные "практики жизни" как совместный с другими (внутри целостных общностей людей) "тотальный" ответ на ситуацию, в которую она заброшена волею судьбы и обстоятельств. "Система" же культуры включает в себя пять относительно автономных "подсистем": язык, хозяйство, искусство, религию, сферы государства и права.

Акцентируя какую-либо из них или конфигурируя их индивидуальные сочетания, человек и задает стилистику собственной жизни как обнаруживающую структуры его бытия (т.е. жизненного мира как искусственной среды и жизненного пространства различения своих различий-отличий). "Я"-сознание, соотносясь с "Мы"-сознанием, объективирует себя в культуре прежде всего посредством языка.


Да и весь жизненный мир человека есть то, что им интерпретировано и истолковано ("лишь с появлением мореходства появляются бухты"). По Р., "с каждым вполне понятным словом мир изменяется... Сказанное тотчас же включается в мир, уже существующий". Человек, будучи существом творческим (и в этом отношении даже "демоническим"), есть "не пучок, не сумма, не нагромождение извне данных ощущений, но субъект, центр и исходный пункт активности", пункт активности "как свободы и нравственной силы".


И в этом своем модусе он всегда есть "тайна", разгадать которую и призвана философская антропология. Последняя же по определению всегда должна быть культурной антропологией — Kulturanthropologie (Р. автор этого термина в немецкоговорящей традиции), которую следует отличать от эмпирически и этнологически ориентированной британо-американской cultural anthropology. Исходные установки Kulturanthropologie вытекают из ее принципов: 1) предметности (конституирования предмета в сознании), 2) личности (как исходной точки дискурса), 3) значимости артикуляции только экзистенциально-ценного — и нацелены на исследование культурно-практических структур исторического сознания (переживаемого жизненного мира). Культур-антропология, согласно Р., призвана стать: 1) общеметодологической рефлексией для "наук о культуре", 2) средством выработки обобщенной точки зрения, позволяющей совмещать в себе разнонаправленные культурные перспективы.

В.Л. Абушенко

психологический словарь
Старожил
Старожил
 
Сообщения: 4163
Зарегистрирован: Чт май 07, 2009 10:34 am

РОХЕЙМ

Сообщение психологический словарь » Ср сен 15, 2010 12:45 pm

РОХЕЙМ (Roheim) Геза (1891—1953) — венгерско-американский психоаналитик, этнограф и антрополог. Один из создателей психоаналитической антропологии. Профессор антропологии Будапештского ун-та (1919).


Учился в Берлине, Лейпциге и Будапеште. В 1915—1916 гг. прошел курс дидактического психоанализа у Ш. Ференци. В течение последующих 12 лет практиковал психоанализ в Будапеште. В начале 20-х гг. опубликовал первые работы по психоаналитической антропологии. В 1928 г. при финансовой поддержке М. Бонапарт организовал экспедиции по психоаналитическому и антропологическому изучению племен аборигенов.


Провел полевые исследования в Центральной Австралии, на острове Норманби (Меланезия), Новой Гвинее, в Африке и Северной Америке, где изучал индейцев племени Юма. Был первым профессионально подготовленным психоаналитиком, работавшим в примитивных обществах. Принял и развивал идеи З. Фрейда о первобытной орде и роли инфантильного опыта.


Эмпирически подтвердил некоторые предположения З. Фрейда о природе и сущности первобытной культуры и религии. Поддерживал взгляды М. Клейн. Развивал психоаналитические идеи об "Эдиповом комплексе". Придавал большое значение пренатальному (утробному) периоду развития человека.


Считал, что ретардация зрелости ("продленное детство", замедленное развитие) и "перманентный инфантилизм" обусловливают соответствующие формы человеческого общежития и явления культуры. Утверждал, что история "основана на Эросе" и что каждый человек никогда не расстается с желанием быть любимым. Интерпретировал чуринги как символы человеческого эмбриона и мужского полового органа, а могилу — как символ материнского чрева. Вслед за З.


Фрейдом определял культуру и цивилизацию как совокупность всего того, что в человеке и человечестве превышает животный уровень. Считал, что социальная дифференциация начинается с выделения первой "древнейшей" профессии — знахаря-шамана, основанной на заболевании (неврозе). Полагал, что культурная деятельность порождается сублимацией инстинктов, а сама культура является "системой психической защиты". Утверждал "структурную и коренную идентичность невроза и цивилизации". В 1932—1938 гг. преподавал психоанализ и антропологию в


Будапештском ин-те психоанализа. После переезда в Америку занимался психоанализом в Вустере и Нью-Йорке. С 1940 г. преподавал в Нью-Йоркском психоаналитическом ин-те и занимался частной психоаналитической практикой. Автор книг: "Австралийский тотемизм" (1925), "Анимизм, магия и Божество" (1930), "Происхождение и функции культуры" (1943), "Психоанализ и антропология" (1950), "Врата мечты" (1952), "Магия и шизофрения" (1955) и др.

В.И. Овчаренко

психологический словарь
Старожил
Старожил
 
Сообщения: 4163
Зарегистрирован: Чт май 07, 2009 10:34 am

РУБАНОВ

Сообщение психологический словарь » Чт сен 16, 2010 10:48 pm

РУБАНОВ Анатолий Владимирович (р. 1958) - белорусский социолог. Окончил Белгосуниверситет (1981); кандидат социологических наук (1988), доктор социологических наук (1994 - тема: "Социальный субъект: мотивы и деятельность"). Зам. директора Научно-исследовательского института социально-экономических и политических проблем Мингорисполкома.

Младший научный сотрудник, старший научный сотрудник Института философии и права АНБ (1988-1993); старший научный сотрудник, ведущий научный сотрудник Института социологии НАН Беларуси (1993-1999).

Область научных интересов: социология социальных изменений, социальная мобильность, социально-психологические механизмы массового поведения.

Р. - автор более 30 научных работ, в том числе двух монографий: "Социальный субъект: мотивы деятельности" (1994), "Социальное развитие: энерго-институциональный подход" (1994).

психологический словарь
Старожил
Старожил
 
Сообщения: 4163
Зарегистрирован: Чт май 07, 2009 10:34 am

РУБАХИН

Сообщение психологический словарь » Вс сен 19, 2010 11:36 am

РУБАХИН Владимир Федорович (1921—1985) — российский психолог, специалист в области психологии труда и инженерной психологии. Один из создателей инженерной психологии в СССР. Д-р психологических наук (1970), профессор.


Закончил аспирантуру Военно-педагогического ин-та Советской Армии, около 30 лет прослужил в Вооруженных силах. С 1973 г. был зам. директора Института психологии АН СССР, одним из инициаторов создания которого он являлся. Много сил отдавал укреплению связи психологической науки с практикой, внедрению достижений психологии в различные отрасти народного хозяйства. Проводил психологический анализ процесса дешифрирования аэрофотоснимков (1950-е гг.), что отражено в его канд. дис.


Наиболее весо́м его вклад в исследование проблем переработки информации человеком и изучение проблемы психологии принятия решений. Экспериментально и теоретически обосновал структурно-эвристическую концепцию переработки информации ("Психологические основы переработки первичной информации", 1974). Стоял у истоков разработки таких новых областей, как психология управления, экономическая психология.

Выделил и описал особенности управленческой деятельности: ее творческий характер, протекание в условиях дефицита информации, в часто меняющейся обстановке; прогностическое содержание управленческих задач; значительный удельный вес коммуникативных функций; высокая ответственность за принимаемые решения и связанные с этим значительные энергетические затраты и уровень психической напряженности ее субъектов и т. д. Обозначил круг проблем психологии управления, определил их иерархию и взаимодействие в рамках целостной структуры отрасли. Автор трудов: "Психологические аспекты управления", в соавт., 1973; "Психология управления" (в соавт. с Б.Ф.Ломовым), 1976.

В.А. Кольцова

психологический словарь
Старожил
Старожил
 
Сообщения: 4163
Зарегистрирован: Чт май 07, 2009 10:34 am

РУБИН

Сообщение психологический словарь » Ср сен 22, 2010 3:32 am

РУБИН (Rubin) Эдгар По (1886—1951) — датский психолог, психофизиолог, представитель гештальтпсихологии. Автор концепции о соотношении фигуры и фона. Образование получил в колледже Соломанна, затем с 1904 по 1911 г. изучал философию в ун-тах Копенгагена (магистр психологии, 1910; д-р философии, 1915).


Здесь, после успешного прохождения конкурса, стал проводить исследования симультанного светового контраста под руководством А. Леманна (1911—1914). Работал в лаборатории Г. Мюллера, затем, вместе с Д. Катцем, — под руководством Э. Гуссерля. В 1916—1922 гг. работал в качестве доцента и преподавателя Копенгагенского ун-та, а с 1922 г. — профессором экспериментальной психологии (как преемник А. Леманна руководил психологической лабораторией). Был президентом Интернационального конгресса по психологии в Копенгагене.


Своей знаменитой работой "Визуально воспринимаемые фигуры" ("Synsoplevede figuer". Kobenhavn, 1915) о соотношении фигуры и фона оказал значительное влияние на дальнейшее развитие теории гештальтпсихологии.

Дал описание субъективных признаков фигуры и фона: фигура, в отличие от фона, представляет собой форму, выступает вперед, лучше запоминается, фон кажется чем-то непрерывным, находящимся позади фигуры, фигура воспринимается как предмет, а фон — как материал, изменение одного только фона может привести к тому, что фигура перестанет распознаваться; при этом любая из прилегающих частей может восприниматься и как фигура, и как фон. Создал классическое двойственное изображение — "Вазу Рубина", которая кажется то бокалом, то двумя лицами (1921). Основные труды Р.: "Zur Psychophisik der Geradheit" / Z. f. Psychol. 1922, 90; "Die Nichtexistenz der Aufmerksamkeit" / Ber. u. d. 9 Kongr. f. exper. Psychol., Münch., 1926; "Gerauschverschwiebungsversuche / Acta Psychol. 1932, 4, и др. В рус. пер.: "Несуществующее внимание" / "Хрестоматия по вниманию", М., МГУ, 1976.

И.М. Кондаков

психологический словарь
Старожил
Старожил
 
Сообщения: 4163
Зарегистрирован: Чт май 07, 2009 10:34 am

Пред.След.

Вернуться в Психологический словарь

Кто сейчас на конференции

Зарегистрированные пользователи: Asqard, Алексище, Carmen, светлая_, Син, dlareme, Erika A, Exabot [Bot], Gabriela, GoGo [Bot], Google [Bot], Google Adsense [Bot], Google Search Appliance, Iren-85, Istanaro, JuliaGEm, Kарина, kurlemushe, Kuvaldos, Marat, Охотник Гракх, Pal, Parf, Ted, vadimr, Yandex 3.0 [Bot], Yandex [Bot], Кентавр-на-Пегасе, Пономарь, Владимир Львов